«Мм-да… выходит, что ты и не коллега мне вовсе», — сверлил маленькими глазками Шеф Строганов второсортного повара Коротышку. «Даже не знаю, брать ли тебя обратно в «Яичницу и кашу», такого врунишку, или отправить в «Омлет и гречку», к таким же низкопробным жуликам, как и ты? Ха!»
Коротышка сидел нога за ногу с непроницаемым выражением лица и ухмылялся. Весь вид его говорил:
«А куда ты денешься, вьюн ползучий… как миленький возьмешь меня обратно!»
Неожиданно, Шеф Строганов, сложив брови домиком, сделал доброе лицо и повернулся к повару Кочерге:
«А скажи-ка мне, друг… посоветуй, пожалуйста, стоит ли брать этого продажного орка обратно в наш дружный коллектив, или нет?»
Кочерга вспыхнул от такого неожиданного обращения Шефа и, по старой привычке, преданно засеменил коленками.
Коротышка усмехнулся…
Но Кочерга тут же опомнился и сбросил с себя ненавистную угодливость! Он посмотрел Шефу в глаза и смело выкрикнул:
«Каждый из нас вправе совершить ошибку… но мне кажется, что мой коллега все осознал и, поэтому, его место здесь… рядом со мной!»
И он ткнул пальцем вниз.
Шеф резко отпрянул.
Коротышка громко захлопал в ладоши…
——
Ровно одну неделю повар Коротышка побыл шеф-поваром в большом, только что открывшемся ресторане. И руководил он там эту неделю под именем повара Кочерги. Но, когда в отделе кадров потребовали предоставить документы, тут выяснилось, что он — не повар Кочерга, а повар Коротышка.
Мошенника тут же выгнали из ресторана, и ему не оставалось ничего другого, как вернуться обратно, в «Яичницу и кашу».
Поэтому, сегодня он, как ни в чем ни бывало, заливался соловьем на кухне, колдуя над ягодным миксом.
Кочерге не нравилась такая легкомысленность коллеги.
«На самом деле, он ничего не осознал…» — подозревал повар Кочерга, прислушиваясь к беспечному пению приятеля на кухне. «Надо будет как- нибудь объяснить ему, что нехорошо называть себя чужим именем! Ведь люди могли бы подумать, что я — низкого роста?»
После возвращения Коротышки на прежнее место работы, число посетителей кафе резко возросло. Народ толпой валил в «Яичницу и кашу». У входа в кафе теперь всегда стояла очередь. Всем было интересно посмотреть на бывшего шеф-повара большого ресторана, которого выгнали с работы за мошенничество.
«А который из них врунишка?» — раздавались любопытные возгласы из толпы перед входом в кафе. «Покажите, который?»
«Да вон он, с креманками возится, толстый, низенького роста… Кочергой, вроде его зовут…»
«Вижу-вижу… у него и глаза какие-то бесстыжие… сразу видно, что он — воришка!»
«Да-да… говорят, что он каждый день таскал в штанах вареных кур из этого большого ресторана…»
«Какой позор — таскать вареных кур в штанах! Неужели в таком большом ресторане пакета приличного не нашлось?»
«Какие удивительно похожие слова — врунишка и воришка!» — восхищался Шеф Строганов, подслушивая разговоры в очереди. «И это все про тебя!» — радостно сообщал он Коротышке при каждом удобном случае.
Коротышка был возмущен, слушая такое в свой адрес.
«Может, я и врунишка, но никак не воришка!» — доказывал он Кочерге. «За что мне воровство еще приплели?»
Кочерга не выражал сочувствия коллеге. Он был полностью на стороне тех, кто Коротышку называл воришкой.
«Есть такая пословица», — сказал Кочерга как-то раз Коротышке, когда тот снова ему пожаловался. «Кто врет — тот и ворует!»
«Но я ничего не воровал!» — вскипел Коротышка.
«Как не воровал?» — удивился Кочерга. «Ты украл мое имя!»
«Ничего я не украл…» — огрызнулся приятель. «Твое имя осталось при тебе».
«А как же тогда рост?»
«Но все ведь видят, что ты высокий!»
«Да, это видят все… но Кочергой, почему-то, называют тебя?»
«Но ведь и тебя никто не называет Коротышкой? А это значит, что имени «Коротышка» больше не существует!»
«Что значит, не существует?» — вытянул лицо Кочерга.
«Оно исчезло само по себе», — захохотал Коротышка и хлопнул коллегу дружески по сытому животу. «Мы с тобой теперь — две Кочерги!»
——
Вскоре Коротышке надоело слушать про то, какой он врунишка и воришка, и Коротышка решил восстановить свою утерянную репутацию.
«Для начала мне надо скрыться с поля зрения…» — решил он. «Заведу пасеку на заднем дворе кафе и буду там заниматься пчелами…» — вздохнул Коротышка. «Во всяком случае, меня там никто не будет видеть. Тогда все быстро забудут эту историю про то, как я был шеф-поваром большого ресторана».
Решение было принято.
Коротышка повесил большое объявление перед входом в кафе о пользе натурального пчелиного меда, который очень скоро появится в ассортименте «Яичницы и каши».
Шеф Строганов очень поддержал эту Коротышкину идею с приусадебным пчеловодством.
«Моя жена очень любит мед», — доверительно сообщил он Коротышке. «Она может съесть его хоть целую банку… хоть две банки!»
«А при чем тут чья-то жена?» — не понял тот. «Этот мед будет только для посетителей!»
«А как же тогда моя жена-а?» — обиделся Шеф.
——
Коротышка купил новый просторный улей, а пчелы прилетели сами. Прилетели и в нем поселились. Коротышка приобрел для себя широкую шляпу с сеткой, белый халат, высокие сапоги и перчатки. Теперь он целыми днями пропадал на пасеке. В кухню забегал лишь за тем, чтобы сварить сладкий сахарный сироп для пчел.
Шеф Строганов и Кочерга отнеслись с пониманием к этой хорошей затее и теперь каждый день ждали сладкого результата пчеловодческого труда Коротышки.
А тем временем, посетителей в кафе становилось все больше и больше.
Кочерга один не справлялся с заказами. Ему понадобилась помощь, и шеф Строганов нашел для Кочерги помощницу. Ею оказалась посудомойка Глафира из «Омлета и гречки».
«У них там сейчас все равно никакой работы нет… весь народ повалил к нам», — хихикнул Шеф. «И все благодаря Коротышкиному объявлению о пользе натурального меда!»
Посетители, действительно, обходили стороной кафе конкурентов, а шли только в «Яичницу и кашу». Но среди них было много недовольных.
«Что за обман?» — возмущались некоторые вслух. «Объявление про натуральный мед висит давно, а меда как не было, так и нет?»
В особо скандальные дни, когда волна народного возмущения достигала максимального накала, в большой зал для гостей выходила посудомойка Глафира и успокаивала население.
«Меду хатитя?» — кричала Глафира, вытирая руки о грязный передник.
«Хоти-им!» — отвечал ей возмущенный зал.
«Тагда тярпитя!»
——
«Настала пора попробовать мед!» — наконец, сообщил новость Коротышка.
Широко улыбаясь, он важно вошел на кухню, путаясь в длинном белом халате, и сразу предупредил:
«Мне требуется помощь, чтобы его достать из улья… кажется, это Ваша жена очень любит мед?» — обратился он к Шефу Строганову.
Но тот показал пальцем на Кочергу и, сославшись на неотложные дела, быстро удрал в свой кабинет.
Кочерга тут же надел белый халат, который принес ему Коротышка и шляпу с сеткой:
«Я готов!»
«Ну, ты и дылда… мои пчелы тебя точно испугаются!»
Добытого меда оказалось совсем мало: всего лишь несколько столовых ложек.
Шеф Строганов был разочарован, но Коротышке было не до него: после незаконного вторжения в улей, обиженные пчелы собрались покинуть Коротышку. Каждое утро, в одно и то же время, рой вылетал из домика и садился на ветку дерева. Коротышка с Кочергой снимали пчел с ветки и опять сажали в улей, но это не помогало: пчелы снова вылетали, а Коротышка с Кочергой их снова ловили и снова возвращали в улей. Это занятие отнимало у поваров все свободное время.
Сахарный сироп пришлось варить Шефу Строганову, к его большому неудовольствию.
А посетителями теперь занималась посудомойка Глафира. Она подавала каши, раскладывала по креманкам ягоды, мыла посуду, полы… и все время пела про несчастную любовь.
Справившись со своими дневными обязанностями, Глафира, обычно, шла на пасеку. Боясь потревожить пчеловодов, она осторожно, на цыпочках подкрадывалась со спины и громовым голосом выясняла:
«Чаю хатитя?»
«Хоти-им!» — вздрагивали Кочерга с Коротышкой.
«Тагда тярпитя!»
Глафира уходила и редко когда возвращалась с чаем.
——
Поварам, в последнее время, было не до чая. Им настолько надоела ежедневная возня с пчелами, что они стали лениться надевать на себя шляпы с сеткой и перчатки, во избежание атаки насекомых.
Однажды, когда повар Кочерга с поваром Коротышкой сажали пчел-беглянок на место, оказалось, что в улье уже есть пчелы. Это были пчелы-воровки, которые заняли чужое жилище и уже успели вылакать весь сахарный сироп, сваренный Шефом.
Прямо на глазах у приятелей завязалась бурная пчелиная потасовка. Пчелы-беглянки принялись драться с пчелами-воровками. Густое облако растревоженных пчел окружили Коротышку с Кочергой и, с громким жужжанием, стали беспорядочно носиться вокруг них, готовясь к нападению.
«Надо бежать!» — взвизгнул Коротышка, закрывая лицо, но Кочерга заинтересовался пчелиной дракой: «Давай еще хоть одну минуту подождем… понаблюдаем, что будет дальше?»
«Бежим немедленно!» — закричал Коротышка, но было уже поздно.
Рой, страшно жужжа, взвился ввысь, а затем набросился на поваров.
Неожиданно Коротышка завизжал, как ужаленный. Его вопль тут же подхватил повар Кочерга.
«Спасите-е! Спасите и помогите-е!» — орали приятели в два голоса, размахивая руками и головами, что есть силы удирая от пчел.
«Чаю хатитя?» — бежала за ними следом и кричала посудомойка Глафира…
——
Зал для посетителей в кафе «Яичница и каша», как всегда, был полон. Но гостей никто не торопился кормить, хотя деньги за качественный завтрак были давно уплачены. Поэтому, гостям ничего не оставалась, как ждать и надеяться…
Готовить еду было некому: уже вторые сутки повара Коротышка и Кочерга не появлялись на работе. И никто не знал, где их искать. Шеф Строганов бегал по залу, как ошпаренный, и безответно улыбался посетителям…
«Рябина, рябина, несчастная я…» — голосила Глафира во весь голос, протирая шваброй полы в кухне. «Два парня, два друга влюбились в меня…»
«Что ты здесь рыдаешь?» — влетел в кухню возмущенный Шеф Строганов. «Слышишь, уже в зале ложками начали бренчать, завтрак требуют… где каша?»
«Да варится каша эшо!» — кивнула головой Глафира на плиту, не прекращая работы.
«… подруг не ругаю, родных не корю…»
«Прекрати немедленно выть!» — взвился Шеф. «Иди в зал и успокой народ!»
Посудомойка молча отшвырнула швабру, вытерла руки о передник и направилась к посетителям.
«Каши хатитя?» — зычно спросила Глафира у народа.
«Хоти-им» — заорали из зала.
«Тагда тярпитя…»
Она повернулась и потопала на кухню, но передумала… вернулась в зал и включила телевизор, погромче.
«В тепле замерзаю, а в стужу го-орю-ю…» — запел неожиданно Шеф Строганов из кухни, взбивая ягодный микс.
Посетители, как один, тут же заткнули уши.
——
Наконец, завтрак был готов, и посудомойка с Шефом вкатили в зал здоровенный чугун, весь облитый кашей.
«Кто будет раздавать?» — наклонилась Глафира к начальнику.
«Давай ты… я буду ягоды по креманкам раскладывать», — деловито ответил Шеф, завязывая Коротышкин белый передник.
Посетители, увидев кашу, оживились, повеселели и разговорились…
«Благо, что деньги наши хоть не пропали, и то ладно…»
«Да-да, лучше позже позавтракать, чем никогда…»
«Хотя бы объявление про натуральный мед сняли, раз меда нет… зачем народ вводить в заблуждение?»
«Так здесь же одни обманщики и воры работают… какой здесь может быть мед?» — орал голодный седой старичок громче всех. «Вы помните мошенника, который горячих кур выносил в штанах из ресторана, или забыли?»
Шеф Строганов, с испариной на лбу, трудился быстро и качественно, не вникая в шумные разговоры, но посудомойка Глафира не только раздавала кашу…
Она все время встревала в беседу посетителей и успевала огрызаться.
«А на што вам той мед?» — кричала она во все горло, перекрывая звук телевизора. «Обманщиков вы эшо не видали… эх, бесстыжий народ какой пошел!» — ругалась Глафира. «У тебя, што ли, куру украли, а?» — подскочила она, размахивая горячим половником, к голодному седому старичку, которому еще не наложили каши. «А если не у тебя, так сиди и малчы!»
«А зачем объявление про мед вешать, раз меда никакого нет?» — оскорбленно взвизгнул старичок. «Ведь это и есть самый настоящий обман!»
«Так ведь медом хотели вас всех накормить…» — пристыдила Глафира голодного старичка. «Какие здеся обманщики… где тут воры? Ай, ай, ай…»
Но тот не сдавался: «Кто может врать, тому и воровать нипочём!»
Глафира грозно соединила брови, широко раздвинула плечи… но сказать ничего не успела.
«А вот и он… вор! Я его узнал, несмотря на то, что он загримировался!» — завопил на всё кафе седой старичок, тыча пальцем в экран телевизора. «Вот он, вор и обманщик!»
Все посетители кафе повернулись на своих стульях к экрану.
Шеф Строганов, онемев, едва не выпустил креманки из рук.
Глафира заголосила дурным голосом…
Старичок резво вскочил и усилил громкость телевизора до упора.
«… криминальная сводка новостей сообщает о двух злоумышленниках, которые два дня назад напали на пчелиный улей с целью ограбления беззащитных насекомых. Они пытались отобрать у несчастных голодных тружениц последние запасы сладкой продукции, которые те приготовили себе на зиму. Преступников взяла полиция, когда они обратились в местную поликлинику, за медицинской помощью. Кто сможет их опознать, просим срочно сообщить имена в ближайший полицейский участок…»
На большом экране светились опухшие и узкоглазые от укусов, трудно узнаваемые пчеловоды, Коротышка и Кочерга…
«Единственное, не пойму, почему у них совершенно одинаковые лица, и почему их стало двое?» — засомневался седой старичок, кушая кашу. «Ага… надо смотреть по росту: тот, который маленький и толстый, работал шеф-поваром в большом ресторане… а это значит, что именно он похищал по восемь вареных птиц в день… Выходит, это и есть куриный вор и мошенник — повар Кочерга!»
Старичок быстро отодвинул тарелку с недоеденной кашей, резво выпрыгнул из-за стола и, со всех ног, кинулся в ближайший полицейский участок…